Top.Mail.Ru
СБЕР Про | Медиа
«Зелёный» завод. Как «Эколант» открывает производство втрое экологичнее имеющихся
  • Промышленность

«Зелёный» завод. Как «Эколант» открывает производство втрое экологичнее имеющихся

  • 6 мин
  • 1 496

С 2023 года ЕС вводит налог на импортную продукцию, при производстве которой происходит большой выброс СО2 (углекислого газа). Большой — значит превышающий установленный ЕС уровень. Речь идёт о поставках цемента, стали, алюминия, минеральных удобрений и электроэнергии. В перспективе обложить налогом хотят и продукцию нефтеперерабатывающей промышленности.

Ограничительные меры Брюсселя сулят большие убытки. Поставщики российских товаров с большим углеродным следом будут платить в бюджет Евросоюза не менее 1,1 млрд евро в год, когда власти европейских стран начнут в полной мере взимать трансграничный углеродный налог — таковы результаты расчётов, произведённых РБК и подтверждённых Минэкономразвития.

Перешли на «зелёные» рельсы

Игнорировать проблему становится всё труднее, и российским предприятиям ничего не остаётся, кроме как включиться в работу над сокращением выбросов парниковых газов. Компании учатся управлять собственным углеродным следом и внедряют более экологичные технологии.

Одной из первых готовиться к нововведению начала сталелитейная отрасль, ведь пострадать она может сильнее всех: Россия активно поставляет её продукцию за рубеж.

Рендер предоставлен заводом «Эколант»

«Российская металлургическая отрасль сегодня в числе наиболее активных в вопросах снижения уровня потребления основных природных ресурсов, сокращения выбросов парниковых газов и сточных вод, — говорит директор металлургического комплекса „Эколант“ Андрей Кухно. — В последнее время решение этих задач — тренд для металлургов».

Завод, строительством которого руководит Кухно, будет запущен в эксплуатацию в 2025 году. Его проектирование стартовало в городе Выксе Нижегородской области, производственная мощность «Эколанта» составит 1,8 млн тонн жидкой стали в год. Общая стоимость реализации проекта — около 150 млрд рублей.

Предприятие намерено использовать новую технологию. Её суть в том, что из обогащённых рудных материалов и природного газа будет производиться железо прямого восстановления (DRI, Direct Reduced Iron). В горячем состоянии оно будет поступать в электросталеплавильную печь, а затем на внепечную обработку и разливку. Это наиболее короткая и эффективная производственная цепочка, которая позволит до трёх раз снизить выбросы парниковых газов в атмосферу по сравнению с традиционной доменно-конвертерной технологией, поясняет Кухно.

«По всей видимости, строить металлургическое производство с использованием DRI-технологии решено не столько из-за введения углеродного налога, сколько из-за того, что оно в принципе даст высокий экономический эффект, — рассуждает Николай Сосновский, директор по металлургии и горной добыче фонда Prosperity Capital Management. — И без экологической составляющей — это прибыльный проект».

Показатели экологической устойчивости 104 сталелитейных компаний мира

От переработки к декарбонизации

«Те экологические технологии и тот темп их развития, который есть сейчас в сталелитейной отрасли, беспрецедентны», — говорит представитель «Северстали» Анастасия Мишанина.

Современные технологии позволяют перерабатывать и использовать в других отраслях почти 100% побочных продуктов и отходов, отмечает она. Так, с этой целью в компании была создана отраслевая команда Midstream, которая занимается вопросами переработки отходов и получения новых продуктов для нужд производства или продаж на рынок. «Это сталеплавильные и доменные шлаки, отработанные масла и эмульсии от прокатных станов, шины, шпалы, — перечисляет Мишанина. — Эффекты от этого направления компания оценивает в десятки миллионов долларов».

Также в 2021 году «Северсталь» создала в своей структуре подразделение, которое занимается вопросами применения водорода и проектами инновационной декарбонизации, предполагающими внедрение технологий улавливания и захоронения углекислого газа. В функции подразделения входит разработка стратегии компании по этому направлению и поиск соответствующих технологий, часто — в партнёрстве с другими лидерами, поясняет Мишанина. Так, в июне этого года было подписано соглашение о сотрудничестве с компанией «Новатэк».

Продвинулись, но ненамного

«До недавнего времени активность предприятий металлургической отрасли в принятии экологических стратегий была не очень высокая, — подтверждает Сосновский. — Компании по большей части занимались тем, что им предписывало местное законодательство, и не стремились в добровольном порядке делать какие-то инвестиции». Но несколько лет назад, когда появился тренд оценивать компании по ESG-показателям, то есть смотреть на то, как они содействуют сохранению окружающей среды (environment), оказывают позитивное влияние на общество (social) и улучшают качество управления (governance), бизнес начал адаптироваться к новым требованиям. Тем более что тренд распространился и на сферу инвестиций. Вначале, отмечает эксперт, адаптация сводилась к составлению отчётов, раскрытию различных экологических показателей. Потом, когда выяснилось, что эти показатели не соответствуют лучшим мировым практикам, компании начали включать в свои инвестиционные программы конкретные улучшения.

«Многие ESG-рейтинги не просто ранжируют компании, оценивая их по трём основным критериям, но также учитывают планы по улучшению показателей устойчивого развития, — замечает Сосновский. — Предприятия должны иметь амбициозные цели, чтобы инвесторы обратили на них внимание».

Фото предоставлено заводом «Эколант»

Российская металлургическая отрасль в своих экологических начинаниях действительно продвинулась вперёд, продолжает эксперт: за последние годы мы модернизировали много доменных производств и открыли большое количество современных электропечей. «Однако, если сравнивать Россию и Запад по модернизации сталелитейных производств, нам ещё предстоит много чего сделать, — резюмирует Сосновский. — В Европе электропечи составляют около 60% всей индустрии, остальное приходится на доменное производство. В России, напротив, электропечи составляют не больше 15—20% и 80% — доменные».

«Российские предприятия модернизируются вне зависимости от углеродного налога, в том числе потому, что Европа не является для нас базовым рынком, — мы в большей степени экспортируем полуфабрикаты, которые могут покупать в любом регионе, а продукцию с высокой добавленной стоимостью продаём внутри страны», — замечает Григорий Финкельштейн, партнёр компании «Экопси консалтинг». По его мнению, российские металлургические компании внедряют современные технологии, потому что их оборудование устарело, а новое — более экологичное и эффективное.

«Европа, решив ввести налог, и всех своих гигантов отрасли поставила в жёсткие условия по срокам реализации проекта, — рассуждает Максим Васильев, замдиректора института социально-экономических исследований Финансового университета при Правительстве РФ. — Вся эта „зелёная“ истерия привела к повышению стоимости газа для европейских потребителей, в результате чего Россия получила дополнительные бонусы». По мнению Васильева, модернизации российских сталелитейных производств ещё предстоит пройти много этапов. «Первые шаги, которые сделаны, позитивны и дают определённый эффект, но этот эффект на старте, — отмечает он. — Модернизация производств должна быть более глубокой, поэтому сейчас мы не идеализируем ситуацию и даже готовы уплачивать штрафы».

Эта статья была вам полезна?

Читайте ещё